Неточные совпадения
Почему слышится и раздается немолчно
в ушах твоя тоскливая, несущаяся по всей
длине и ширине твоей, от моря до моря, песня?
При повороте
в одну из улиц бричка должна была остановиться, потому что во всю
длину ее проходила бесконечная погребальная процессия.
Из лохмотьев ее он выдрал тесьму,
в вершок шириной и вершков
в восемь
длиной.
Это была крошечная клетушка, шагов
в шесть
длиной, имевшая самый жалкий вид с своими желтенькими, пыльными и всюду отставшими от стены обоями, и до того низкая, что чуть-чуть высокому человеку становилось
в ней жутко, и все казалось, что вот-вот стукнешься головой о потолок.
Огарок освещал беднейшую комнату шагов
в десять
длиной; всю ее было видно из сеней.
— Ну, да хочешь я тебе сейчас выведу, — заревел он, — что у тебя белые ресницы единственно оттого только, что
в Иване Великом тридцать пять сажен [Сажень — мера
длины, равная 2,134 м. Колокольня Ивана Великого
в Кремле высотой около 40 сажен, т. е. более 80 м.] высоты, и выведу ясно, точно, прогрессивно и даже с либеральным оттенком? Берусь! Ну, хочешь пари!
Грудь, шея и плечи заключились
в те прекрасные границы, которые назначены вполне развившейся красоте; волосы, которые прежде разносились легкими кудрями по лицу ее, теперь обратились
в густую роскошную косу, часть которой была подобрана, а часть разбросалась по всей
длине руки и тонкими, длинными, прекрасно согнутыми волосами упадала на грудь.
А для того Совет назначено составить,
В котором заседать лишь тем, у коих хвост
Длиной во весь их рост:
Примета у Мышей, что тот, чей хвост длиннее,
Всегда, умнее
И расторопнее везде.
Мужик этот с длинною талией принялся грызть что-то
в стене, старушка стала протягивать ноги во всю
длину вагона и наполнила его черным облаком; потом что-то страшно заскрипело и застучало, как будто раздирали кого-то; потом красный огонь ослепил глаза, и потом всё закрылось стеной.
Кити ходила с матерью и с московским полковником, весело щеголявшим
в своём европейском, купленном готовым во Франкфурте сюртучке. Они ходили по одной стороне галлереи, стараясь избегать Левина, ходившего по другой стороне. Варенька
в своем темном платье,
в черной, с отогнутыми вниз полями шляпе ходила со слепою Француженкой во всю
длину галлереи, и каждый раз, как она встречалась с Кити, они перекидывались дружелюбным взглядом.
Чертопханов снова обратился к Вензору и положил ему кусок хлеба на нос. Я посмотрел кругом.
В комнате, кроме раздвижного покоробленного стола на тринадцати ножках неровной
длины да четырех продавленных соломенных стульев, не было никакой мебели; давным-давно выбеленные стены, с синими пятнами
в виде звезд, во многих местах облупились; между окнами висело разбитое и тусклое зеркальце
в огромной раме под красное дерево. По углам стояли чубуки да ружья; с потолка спускались толстые и черные нити паутин.
Нужно ли рассказывать читателю, как посадили сановника на первом месте между штатским генералом и губернским предводителем, человеком с свободным и достойным выражением лица, совершенно соответствовавшим его накрахмаленной манишке, необъятному жилету и круглой табакерке с французским табаком, — как хозяин хлопотал, бегал, суетился, потчевал гостей, мимоходом улыбался спине сановника и, стоя
в углу, как школьник, наскоро перехватывал тарелочку супу или кусочек говядины, — как дворецкий подал рыбу
в полтора аршина
длины и с букетом во рту, — как слуги,
в ливреях, суровые на вид, угрюмо приставали к каждому дворянину то с малагой, то с дрей-мадерой и как почти все дворяне, особенно пожилые, словно нехотя покоряясь чувству долга, выпивали рюмку за рюмкой, — как, наконец, захлопали бутылки шампанского и начали провозглашаться заздравные тосты: все это, вероятно, слишком известно читателю.
Стол для ужина занимал всю
длину столовой, продолжался
в гостиной, и, кроме того, у стен стояло еще несколько столиков, каждый накрыт для четверых. Холодный огонь электрических лампочек был предусмотрительно смягчен розетками из бумаги красного и оранжевого цвета, от этого теплее блестело стекло и серебро на столе, а лица людей казались мягче, моложе. Прислуживали два старика лакея во фраках и горбоносая, похожая на цыганку горничная. Елена Прозорова, стоя на стуле, весело командовала...
Я как-то на днях увидел, что из коридора вечером ко мне
в комнату проползла ящерица, вершка
в два
длины, и скрылась, лишь только я зашевелился, чтоб поймать ее.
Они не знали, куда деться от жара, и велели мальчишке-китайцу махать привешенным к потолку, во всю
длину столовой, исполинским веером. Это просто широкий кусок полотна с кисейной бахромой; от него к дверям протянуты снурки, за которые слуга дергает и освежает комнату. Но, глядя на эту затею, не можешь отделаться от мысли, что это — искусственная, временная прохлада, что вот только перестанет слуга дергать за веревку, сейчас на вас опять как будто наденут
в бане шубу.
«А вот смотрите», — отвечал он и поднес мне к самому носу ящерицу
в аршин
длиной.
Мы обедали
в палатке; запах от кораллов так силен, что почти есть нельзя. Обед весь состоял из рыбы: уха, жареная рыба и гомар чудовищных размеров и блестящих красок; но его оставили к ужину. Шея у него — самого чистого дикого цвета, как будто из шелковой материи, с коричневыми полосами; спина синяя, двуличневая, с блеском; усы
в четверть аршина
длиной, красноватые.
Остров, судя по пространству, очень заселен; он
длиной верст восемьдесят, а шириной от шести до пятнадцати и восемнадцати верст: и на этом пространстве живет от шестидесяти до семидесяти тысяч.
В Напе, говорил миссионер, до двадцати, и
в Чуди столько же тысяч жителей.
Тут мы нашли озерко с пресной водой, сажени
в три или четыре шириной и
длиной и по грудь глубиной.
Животных из пород ящериц здесь множество; недавно будто бы поймали каймана
в 21 фут
длиной.
Длиной он футов сорок, а вниз опускался сплошной каменной стеной, футов на семьдесят, и упирался
в дно оврага.
Он бросился вон. Испуганная Феня рада была, что дешево отделалась, но очень хорошо поняла, что ему было только некогда, а то бы ей, может, несдобровать. Но, убегая, он все же удивил и Феню, и старуху Матрену одною самою неожиданною выходкой: на столе стояла медная ступка, а
в ней пестик, небольшой медный пестик,
в четверть аршина всего
длиною. Митя, выбегая и уже отворив одною рукой дверь, другою вдруг на лету выхватил пестик из ступки и сунул себе
в боковой карман, с ним и был таков.
— Черт! Он ко мне повадился. Два раза был, даже почти три. Он дразнил меня тем, будто я сержусь, что он просто черт, а не сатана с опаленными крыльями,
в громе и блеске. Но он не сатана, это он лжет. Он самозванец. Он просто черт, дрянной, мелкий черт. Он
в баню ходит. Раздень его и наверно отыщешь хвост, длинный, гладкий, как у датской собаки,
в аршин
длиной, бурый… Алеша, ты озяб, ты
в снегу был, хочешь чаю? Что? холодный? Хочешь, велю поставить? C’est а ne pas mettre un chien dehors…
Камера,
в которой содержалась Маслова, была длинная комната,
в 9 аршин
длины и 7 ширины, с двумя окнами, выступающею облезлой печкой и нарами с рассохшимися досками, занимавшими две трети пространства.
В середине, против двери, была темная икона с приклеенною к ней восковой свечкой и подвешенным под ней запыленным букетом иммортелек. За дверью налево было почерневшее место пола, на котором стояла вонючая кадка. Поверка только что прошла, и женщины уже были заперты на ночь.
Летняя столовая была
в небольшом тенистом садике, с огромным каштаном и цветочными клумбами, среди которых сверкали электричеством вычурные павильончики-беседки для ужинающих веселыми компаниями, а во всю
длину сада тянулась широкая терраса, пристроенная к зданию клуба
в виде огромного балкона.
И до сих пор есть еще
в Москве
в живых люди, помнящие обед 17 сентября, первые именины жены после свадьбы. К обеду собралась вся знать, административная и купеческая. Перед обедом гости были приглашены
в зал посмотреть подарок, который муж сделал своей молодой жене. Внесли огромный ящик сажени две
длины, рабочие сорвали покрышку. Хлудов с топором
в руках сам старался вместе с ними. Отбили крышку, перевернули его дном кверху и подняли. Из ящика вывалился… огромный крокодил.
Длина всей реки 68 км. Протекает она по типичной денудационной долине, которая как бы слагается из ряда обширных котловин. Особенно это заметно около ее притоков.
В долине Тадушу сильно развиты речные террасы. Они тянутся все время то с одной, то с другой стороны почти до самых истоков.
Оно
длиной в 15, шириной 25 км и отделено от большого озера только песчаной косой, по которой
в прежнее время пролегал путь из Маньчжурии
в Уссурийский край.
Иман мало где течет одним руслом, чаще он разбивается на протоки. Некоторые из них имеют значительную
длину и далеко отходят
в сторону. Из них наиболее замечательны Тагоуза [Да-гоу-цзы — большая долина.], Наллю и Картунская.
Река эта
длиной более 160 км, имеет истоки
в горах Сихотэ-Алиня, на широте мыса Арак.
В 2 км от устья ее с правой стороны издавна живут удэгейцы. Стойбище их состоит из 4 фанз.
В 1906 году их тут было только 15 человек обоего пола.
В одном переходе от Арму, ниже по Иману, есть другое удэгейское стойбище, Лаолю, с населением
в восемь человек. Лаолю представляет собой поляну с правой стороны реки
длиной 4 км и шириной 1,5 км.
Река Сыдагоу
длиною 60 км.
В верхней половине она течет параллельно Вай-Фудзину, затем поворачивает к востоку и впадает
в него против села Пермского. Мы вышли как раз к тому месту, где Сыдагоу делает поворот. Река эта очень каменистая и порожистая. Пермцы пробовали было по ней сплавлять лес, но он так сильно обивался о камни, что пришлось бросить это дело. Нижняя часть долины, где проходит почтовый тракт, открытая и удобная для земледелия, средняя — лесистая, а верхняя — голая и каменистая.
Сначала исследователь попадает
в первый зал,
длиной 35–40 м и высотой до 30 м.
Около моря,
в полукилометре от озера, есть еще одна небольшая лудева. Она
длиной 3 км и имеет 7 ям.
Длина реки около 150 км, ширина 40 м, глубина 2 м и скорость течения 3 км
в час.
Сивуч относится к отряду ластоногих и к семейству ушастых тюленей. Это довольно крупное животное и достигает 4 м
длины и 3 м
в обхвате около плеч при весе 680–800 кг. Он имеет маленькие ушные раковины, красивые черные глаза, большие челюсти с сильными клыками, длинную сравнительно шею, на которой шерсть несколько длиннее, чем на всем остальном теле, и большие ноги (ласты) с голыми подошвами. Обыкновенно самцы
в два раза больше самок.
В верховьях она слагается из 3 речек, каждая
длиной по 30 км.
Этот проход
длиной до 50 м, после чего исследователь вступает
в широкий коридор, который приводит его во второй зал снежной белизны.
Река Сица течет
в направлении к юго-западу. Свое начало она берет с Сихотэ-Алиня (перевала на реку Иман) и принимает
в себя только 2 притока. Один из них Нанца [Нан-ча — южное разветвление.],
длиной в 20 км, находится с правой стороны с перевалом на Иодзыхе. От истоков Нанца сперва течет к северу, потом к северо-востоку и затем к северо-западу.
В общем, если смотреть вверх по долине,
в сумме действительно получается направление южное.
Их три: первая —
длиной в 2 км, вторая —
в 500 м и третья — самая большая, занимающая площадь
в 6 км2.
Река Цимухе,
длиной в 30 км, течет
в широтном направлении и имеет с правой стороны один только приток — Бейцу.
Река Сеохобе
длиной 22 км. Истоки ее приходятся против среднего течения Синанцы, о которой упоминалось выше. Она, собственно говоря, состоит из 2 речек одинаковой величины, сливающихся вместе
в 5 км от устья. Немного ниже Сеохобе принимает
в себя справа еще один небольшой приток. Тут ходили изюбры целыми стадами. Рев уже окончился; самцы отабунили около себя самок; вскоре олени должны были разойтись поодиночке.
Щупальца осьминога были 1,4 м
длины и толщиной около головы 12 см
в окружности.
Картун собственно представляет собою большую котловину
в 6 км
длиной и 3 км шириной. Здесь насчитывается сорок две китайские фанзы.
Сначала путь наш лежал на юг по небольшой тропинке, проложенной по самому верхнему и правому притоку Синанцы,
длиной в 2–3 км. Горы
в этих местах состоят из порфиров, известняков и оруденелых фельзитов. Во многих местах я видел прожилки серебросвинцовой руды, цинковой обманки и медного колчедана.
Расспросив удэгейцев о дороге, мы отправились дальше и очень скоро дошли до того места, где Иман поворачивает на северо-запад. Здесь
в углу с левой стороны примыкает к реке большая поляна. Она
длиной 5 км и шириной около 2 км.
В конце ее находятся четыре фанзы.
Далее тропа идет по реке Вандагоу [Вань-да-гоу — извилистая большая долина.], впадающей
в Тютихе недалеко от устья. Она
длиной около 12 км,
в верхней части — лесистая,
в нижней — заболоченная. Лес — редкий и носит на себе следы частых пожарищ.
Между реками Синанцей и Тхетибе Иман принимает
в себя с левой стороны
в последовательном порядке следующие притоки: Ташидохе [Да-ши-тоу-хэ — большая каменистая река.] (
длиной в 50 км) и Хейсынгоу [Хэй-шань-гоу — долина черных гор.] (10 км).
На следующий день к полудню, 2 ноября, мы дошли до реки Хутадо, текущей по кривой от запада к югу. По ней нам надлежало подняться до перевала через горный хребет, являющийся причиной петли Имана. Эта речка
длиной 3,5 км. Подъем на хребет и спуск с него — одинаковой крутизны, приблизительно
в 30 градусов, а высота перевала относительно Имана равна 350 м.